Кандакия Аманиторе правила Нубией в самом начале новой эры. Могущественная царица внушала страх врагам и уважение – своему народу. Она была одной из последних великих строительниц царства Куш. После периода потрясений Аманиторе вернула Стране Луков былое величие. Ее правление было долгим, а наследие осталось в веках.
По крайней мере, это то, что удалось установить историкам. Прошло два тысячелетия, и мертвый язык мало что сохранил из записей об Аманиторе в виде свитков и других документов. То, что дошло до нас, высечено в камне на построенных ею зданиях.
Кем была Аманиторе до того, как стала царицей, – тайна, покрытая мраком. Ее личность – загадка. О многом можно только догадываться. Одно из абстрактных описаний кандакии изображает, как она безжалостно убивает покоренных врагов. Основано ли это на реальном событии, когда она приказала казнить мятежников, или же это просто призыв к праведному отмщению врагам государства?
Факты ее жизни в период правления тоже непросто установить. Противоречивые сообщения о ее соправителе Натакамани называют его то мужем, то сыном (хорошо, что не тем и другим одновременно). Кроме того, Аманиторе унаследовала власть от Аманишакете, которая приходилась ей то ли свекровью (если Натакамани был мужем Аманиторе), то ли матерью (если Натакамани был сыном Аманиторе), то ли кем-то еще.
Противоречивость сведений о происхождении Аманиторе не умаляет важности ее положения. Титул «кандакия» можно приблизительно перевести как «царица-мать», но он не подразумевает регентства при малолетнем правителе. Кандакии были самостоятельными правительницами и царствовали вместе с мужьями-консортами или другими царями.
Аманиторе правила на равных с Натакамани. Данные о ее жизни до восхождения на трон (около 1 года н. э.) очень скудны. И все же памятники изображают соправителей уже взрослыми, поэтому, скорее всего, к началу царствования она уже не была ребенком. Аманиторе и Натакамани во всех описаниях предстают равными, особенно в религиозных зданиях, что было необычно для того времени.
Египет попал в зависимость к Риму, с которым Нубия находилась в дружественных отношениях, и региональные конфликты больше не угрожали царству Аманиторе. Относительно спокойное время и разумное распределение обязанностей между соправителями позволило Аманиторе сосредоточиться на том, что станет ее наследием – начался продолжительный период строительства, принесший процветание Мероитскому царству. Среди прочего можно вспомнить нубийские пирамиды и гробницы, восстановление храма Амона в Мероэ и инфраструктурные проекты – например, водохранилища около столицы.
Кроме того, Аманиторе заново отстроила храм Амона в Напате – тот самый, который был разрушен римлянами за два десятилетия до этого. Поскольку имя Амона было частью имени Аманиторе, то можно предположить, что восстановление храма было делом чести для царицы. Ее усилия помогли вернуть Джебель-Баркалу частицу былой славы этого города.
У царицы были дружественные отношения с Римом, но имевшие место несколько десятилетий назад набеги на египетскую (то есть, римскую) территорию принесли трофеи: бронзовые изваяния Октавиана Августа. В одном из рассказов описано, как Аманиторе закапывает отрубленную голову одной из этих статуй под храмовой лестницей в Мероэ, чтобы нубийцы попирали ногами римского императора, виновного в разорении Напаты (хотя, скорее всего, это сделала кандакия Аманирена – предшественница Аманиторе). Так или иначе, «голова Августа из Мероэ» была обнаружена в начале XX века под храмовыми ступенями.
Нам мало что известно и о восхождении Аманиторе на трон, и о конце ее правления. Есть основания полагать, что она умерла около 20 года н. э. Ее гробницу в Мероэ уже давно разграбили охотники за сокровищами.
В наших сведениях об Аманиторе много «белых пятен», но известно, что она вела интенсивное строительство, а наследницы продолжили ее труд. Во 2 веке это привело страну к культурному и экономическому подъему. Археологи до сих пор находят свидетельства влияния Аманиторе – в том числе ряд недавно раскопанных нубийских пирамид, построенных при ее правлении.